В качестве комментария к этому рассуждению можно сказать, что, как существуют варианты демократической теории, которые не упираются в проблему членства, точно так же есть и варианты других традиций (которые мы обсуждали), предполагающие отказ от членства в государстве как легитимирующем основании политики. Некоторые авторы-утилитаристы настаивают на применении глобальной системы мер. Марксистская традиция тоже была космополитической с самого начала — хотя и в нереалистическом ключе. Некоторые критики Ролза доказывают, что его договорная теория справедливости должна быть применена в глобальном масштабе. Другие либералы развивают сознательно космополитические теории, критикуя неразумную фетишизацию национальных государств в большей части либеральной традиции. Даже авторы, работающие в коммунитаристской традиции, хотят поставить под вопрос хваленое верховенство национального государства. Если по крайней мере в отдельных выражениях этих традиций приоритет гражданства ставится под сомнение, то является ли это основанием для предпочтения соответствующих разновидностей демократической теории?

Дело в том, что демократическая традиция предлагает более убедительные и реальные ресурсы для решения этой проблемы на практике. Некоторые коммунитаристы отвергают >первенство национального политического членства, но мы видели в § 6.6, что эта позиция постепенно вытесняется характерными «белыми пятнами» в том, что касается их собственных посылок о членстве. Основная трудность с различными вариантами

либерального и утилитарного космополитизма, не говоря уже о космополитическом марксизме, связана с тем, что они не предлагают убедительных механизмов применения. Нозик преувеличивает, когда, вслед за Вебером, определяет государство посредством отсылки к монополии на применение насилия на данной территории. Государства зачастую жизнеспособны и в тех случаях, когда обходятся гораздо меньшими средствами такого рода, но способность к международному принуждению столь ограниченна, что идея мирового правительства, предлагаемая космополитическими философиями, кажется фантастической в своей основе.