В частности, речь шла о том, чтобы провести более четкую грань между военной и невоенной «помощью», постепенно уменьшить размеры первой и увеличить размеры второй, расширить так называемый «Фонд займов развития» и деятельность «международных» экономических организаций, находящихся под эгидой США. Некоторые из этих рекомендаций были приняты правительством. Несомненно, что авторы подобных предложений, сторонники более гибкого курса в отношении экономически слаборазвитых стран, руководствуются отнюдь не какой-то платонической «любовью к ближнему» и «чувством дружбы» к народам Азии и Африки, как утверждает империалистическая пропаганда, а классовыми интересами американской монополистической буржуазии, стремлением сохранить империалистический колониализм в несколько прикрытом и измененном виде. Несомненно и то, что никакой «новый», «гибкий» курс США, если бы он даже и был принят за основу политики, не в состоянии предотвратить дальнейший распад колониализма, обеспечить упрочение позиций капитализма, как системы, которая всем ходом исторического развития обречена на замену новой, гораздо более совершенной общественной системой — социализмом.

Но и в данном случае требования ряда представителей политических кругов Соединенных Штатов отказаться от прямых военных колониальных авантюр, как обреченных на неудачу, и проводить более осторожную политику могут рассматриваться в качестве определенного положительного факта, — положительного в той мере, в какой эти требования соответствуют задачам обеспечения международной безопасности, уменьшения международной напряженности.

Кризис политики «с позиции силы» предопределен закономерными изменениями в соотношении сил на мировой арене в пользу социализма, всемирно-историческимй успехами СССР и всех социалистических государств в экономике и политике, в науке и технике, в обеспечении своей безопасности. Вместе с тем углублению этого кризиса способствовал и такой фактор, как относительное уменьшение удельного веса США в капиталистическом мире.