Активное участие в работе этой конференции прини­мал и Рафаэль Хитаров.

А. как он жил в эти горячие, густо пахнущие поро­хом дни?

Забыл, что такое сон и отдых. Появлялся там. где в нем больше всего нуждались. Был доступен для каждого комсомольца и неуловим для тех, кто жаждал с ним рас- п равиться.

Жил очень просто. Стал изучать французский язык и уже через насколько месяцев мог не только читать периодическую прессу, но и довольно сносно разговари­вать. С тех времен сохранилась изрядно пожелтевшая фо­тография.

С нее из такого далекого прошлого смотрят шесть юношей и две девушки.

Крайний в первом ряду слеза Эрих Виснер. В 1928 го­ду ои, работая в ЦК КИМа, вместе с Валерианом Зори­ным возглавлял международное детское бюро.

Рядом с ним невысокая темноволосая девушка Лотта Кюн. Впоследствии она стала женой и верным другом Вальтера Ульбрихта, разделив с ним судьбу революцио­нера-подпольщика, а затем выдающегося государственно­го деятеля нового социалистического государства — Гер­манской Демократической Республики.

Слева сидит еще одна немецкая комсомолка — Луиза Дорвальд, по мужу Шелике. Луиза Шелике, сейчас вете­ран СЕПГ, вспоминает:

«…Летом 1921 года на собраниях и других встречах я познакомилась с товарищем Рудольфом. В то время мне было неясно, являлся ли Рудольф представителем ЦК комсомола в Рурской области или пр другой причине при­был в Германию. О себе он много не говорил. Я знала только, что он русский, который хорошо говорит по-не­мецки. Я удивлялась тому, что он, будучи представите­лем, работает в шахте. Он был самым умным среди пас, и то, что всегда готов был помочь каждому из нас сове­том и делом, делало его особенно симпатичным».

И еще:

«Веспой 1922 года я встретила Рудольфа в Дюссель­дорфе. Я помню одну прогулку, на которой решался во­прос о моей поездке в Советскую Россию, р. Москву, что­бы поработать машинисткой в Исполкоме КИМа… Имен­но Рудольф научил меня первым русским словам, необ­ходимым для этой поездки. Он дал мне также ряд сове­тов по поводу моей будущей московской жизни. …Последний раз я встретилась с товарищем Хитаро- вьш летом 1928 года в Берлине. Это было незадолго до открытия пятого конгресса КИМа. Мой муж, Фриц Ше­лике, уже уехал в Москву на конгресс в качестве руко­водителя издательства Интернационала молодежи. Тут мне позволил тов. Р. Тунич и спросил, не могу ли я пре­доставить ночлег молодому товарищу, который едет на конгресс в Москву. Я согласилась. И ко мне на Андреас- беринтрассе, 7, когда стемнело, пришел «молодой това­рищ». Это был Рудольф — товарищ Хитаров».